yukito.ru

Здравствуйте. Это Озлобленный Карлик... точнее один из озлобленных карликов. Да, он тоже рад с Вами познакомиться.
На самом деле «озлобленными» карликов прозвали эльфы еще в те давние времена, когда никого страшнее этих карликов эльфы еще и не видели. Ну, если рассудить трезво, то по сравнению с великодушными, душевно-щедрыми, напыщеными, пафосными (простите, что-то здесь явно лишнее)... прекрасными эльфами карлики и правда казались мелочными и озлобленными. Однако самих эльфов давно уже нет в этом мире, а прозвище, данное ими карликам, так и осталось. За века, прожитые с этим не лестным прозванием карлики и сами к нему привыкли, а некоторые даже восгордились! Так, например, один знакомый нашего Озлобленного Карлика именовал себя Жак (такое имя дал ему батюшка) Жартоньет (это специальная приставка, указывающая на то, что Жак является сыном карлика Ртоньета) Сизобород (автор считает, что это не нуждается в пояснениях, правда ведь?)) Озлобленный. Жак Жартоньет Сизобород считает, что когда потомки будут встречать его имя в разных ценных и не очень бумагах они, посмотрев на последнюю часть его длинного имени, сразу же поймут, что Жак Жартоньет Сизобород был карликом. Нашего же Озлобленного Карлика звали Пузо (с ударением на букву «О»). Он страшно переживал, что когда потомки найдут его имя в каких-нибудь ценных или не очень бумагах они обязательно поставят ударение не правильно. Но, увы, назвать карлика именно так решил батюшка, а против воли батюшки, как известно, не смеет пойти ни один карлик!
И вот однажды, Пузо сидел на мостике через речку, ночью, под звездами, и смотрел на мерно бегущую по своим делам воду, как вдруг небо расцвело салютами.
-Боже ж ты мой, ужась какой — недовольно пробормотал Пузо, переходя на другую сторону мостика: — Опять эти люди что-то празднуют в своей деревне...
-А ты не любишь салюты? — голос, задавший этот вопрос был звонким от удивления.
А это Принцесса. Классическая. Принцессы не обязаны быть прекрасными, Вы это знали? (Тут автор пытается оправдать свое не особенно искусное владение карандашом)

-Не знаю — пожал плечами Пузо: Я их не понимаю, поэтому лучше бы их не было.
-Ах, ты рассуждаешь как все карлики! — воскликнула принцесса, подбирая полы своего розового платья и садясь рядом с карликом.
На самом деле карлик рассуждал как все люди, просто потому что он был еще молодой карлик, но принцесса была еще моложе и не понимала этого.
-А ты любишь салюты? — вдруг спросил Пузо.
-Я — очень! — расцвела принцесса, которая, как и все принцессы, очень любила говорить о себе: — Я очень люблю салюты, особенно те, которые делаются в честь моего дня рождения! А люблю я салюты потому что они похожи на цветы! А ты знаешь какие цветы я люблю? О, ты никогда не догадаешься, что больше всего на свете я люблю розы!..
-А почему ты тогда здесь, а не там? — Пузо махнул рукой в сторону деревни.
(примечание автора: да, принцесса вообще не должна находиться в деревне, но это, видимо, местная деревенская такая принцесса... а может ее папинька на перевоспитание отправил)
-Потому что все, что сегодня кажется таким хорошим и чудесным завтра станет плохим! — всхлипнула принцесса: — Уж лучше я сразу ничего не увижу и буду думать, что все сразу было плохим, чем проснусь утром и узнаю, что все, что казалось мне хорошим на самом деле так гадко!
Озлобленный Карлик очень сильно удивился и спросил у принцессы:
-Но почему все так?
-Понимаешь... — начала принцесса.
Девушка стала рассказывать о том, как в прошлом году на ее день рождения пела одна замечательная пастушка, все восторгались ее голосом, и песня эта казалась такой прекрасной, но нашелся кто-то один, кто сказал, что песня пастушки была ужасна и все с радостью поверили ему. Все стали говорить, что пастушка не попадала в ноты, стали показывать на нее пальцем и больше никогда-никогда несчастная пастушка не пела. А еще до этого один фермер выдавал замуж свою дочку и очень хотел, чтобы свадьбу эту запомнили надолго. А свадьба и правда была чудесная! Столько цветов, столько угощений, смеха, песен и радости было, сколько не было ни на одной свадьбе на памяти принцессы. Но потом почему-то все стали говорить, что свадьба была плохая, кто-то пустил слух, что сестра невесты успела поссориться с мамой жениха и выцарапать той глаза (хотя это не правда! даже молодые гоблинши не выцарапывают глаза старым, нечего уж о людях говорить!), говорили даже, что у свинопаса пучило живот — настолько плохие были явства...
-Может быть просто те, кто говорит такие плохие вещи завидуют? — предположил Пузо.
-Нет, ну что ты?! Как ты можешь?!! — рассердилась принцесса: — Зависть это злое чувство, разве могут люди завидовать друг другу?! Они, я уверена, говорят только то, что думают!
-А может они просто... ну... не правильно думают? — карлик уже жалел о том, что сказал, но он ведь был уверен, что прав, а если точно-точно в чем-то уверен, то обязательно нужно попробывать объяснить это тому, кто не понимает.
-Люди не могут неправильно думать! — заявила принцесса.
-А если люди будут думать, что ты дурочка? — не удержался карлик?
-Значит я дурочка!
Принцесса слишком поздно спохватилась о своих словах. Ей ничего не оставалось, как злобно топнуть ножкой и сказать карлику какую-нибудь гадость.
-Как ты посмел! Глупый уродливый карлик! Ты такой злобный, что всех вокруг считаешь плохими! А это не так! Просто все вы, карлики, так озлобились, что ничего не видите и ничего не понимаете!
Выпалив это принцесса развернулась и побежала домой, а карлик поднялся с мостика, попращался с речкой и пошел к себе в нору, где его ждали вкусный ужин и беседа с родителями и многочисленными братишками и сестренками, беседа, такая же теплая как и вечерний чай.